• Издания компании ПОДВИГ

    НАШИ ИЗДАНИЯ

     

    1. Журнал "Подвиг" - героика и приключения

    2. Серия "Детективы СМ" - отечественный и зарубежный детектив

    3. "Кентавр" - исторический бестселлер.

        
  • Кентавр

    КЕНТАВР

    иcторический бестселлер

     

    Исторический бестселлер.» 6 выпусков в год

    (по два автора в выпуске). Новинки исторической

    беллетристики (отечественной и зарубежной),

    а также публикации популярных исторических

    романистов русской эмиграции (впервые в России)..

  • Серия Детективы СМ

    СЕРИЯ "Детективы СМ"

     

    Лучшие образцы отечественного

    и зарубежного детектива, новинки

    знаменитых авторов и блестящие

    дебюты. Все виды детектива -

    иронический, «ментовской»,

    мистический, шпионский,

    экзотический и другие.

    Закрученная интрига и непредсказуемый финал.

     

ДЕТЕКТИВЫ СМ

ПОДВИГ

КЕНТАВР

 

Андрей ВОРФОЛОМЕЕВ

 

 

 


ГОРЯЧЕЕ ЛЕТО
Отрывок из рассказа

ПРЕДЛОЖЕН АВТОРОМ ДЛЯ ПУБЛИКАЦИИ НА САЙТЕ

После того как фронт откатился далеко на запад, агент разведки красных Лев (он же «Студент», он же гражданин Чижиков) остался во вражеском тылу в полном одиночестве. Комиссара-курьера убили, а иными явками его в царившей перед падением Екатеринбурга неразберихе попросту не успели снабдить. Приходилось надеяться только на собственные силы. Благо это позволяла личина коммерсанта. И все же, повинуясь некоему шестому чувству, по пути к своим Лев старался держаться подальше от людных мест, предпочитая кочевать по глухим деревням - мало ли что. Где большой город, там и властей много. Вместе с сопутствующими службами. В том числе – и контрразведывательными. А попадать в подвалы белогвардейской чрезвычайки ему как-то не хотелось. Слухи о ней ходили почище, чем о ЧК.

Меж тем молва о решительном «гражданине Чижикове», в два счета ликвидировавшим вооруженного бандита-дезертира, опережала его. И вот однажды, когда Лев приехал в один из отдаленных хуторов, к нему, на ходу ломая шапку, заспешил один из мужиков.

– Ваше благородие, нижайше просим посодействовать!
– В чем дело?
– Помогите на «товарищей» управу найти!
– Каких «товарищей»? – внутренне насторожившись, переспросил Лев. – Большевиков, что ли?
– Не. Шут его знает, как они обзываются. Те, за свободу которые.
– Анархисты?
– Да, да! Нархисты. Пришли намедни на хутор. Мы, мол, за вас кровь проливаем, так что давайте сало, самогон. Ну и золотишко, у кого какое завалялось.
– И вы, хочешь сказать, послушались?
– Не совсем. Золотишко пока придерживаем, а выпивкой и закуской обеспечили. Да и как иначе? Их же человек шесть, с бонбами да леворвертами. Волосья до плеч – ужасть!
– Так здесь же, в округе, оружия небось валом припрятано! И у вас на хуторе винтовки, чай, имеются. Что ж вы отпор не дали? А еще мужики!
– И не говори, ваше благородие! Чего с нас взять? Мы народ темный. Один скажет «трогай» – и все за ним. А без вожака на такое дело никого и не подымешь. Боятся мужички.
«Действительно – стадо»! – подумал Лев, а мужик, комкая шапку в руках, продолжил:
– Да и мы, если честно, миром думали разойтись. Мол, попьют, погулеванят, да и дальше тронутся. Ан нет! Они же еще вон что удумали - женок обобществлять будут!
– Что?
– А вот полюбуйся, мил человек!

И мужичок вытащил из-за пазухи скомканный и уже порядком потрепанный лист бумаги. Лев развернул его и сразу все понял. Это был печально известный «Декрет об отмене частного владения женщинами» в конце февраля 1918 года изданный якобы от имени Самарской федерации анархистов. В нем декларировалось, что с 1 мая все женщины, в возрасте от 17 до 32 лет, изымаются из «частной собственности» и становятся «достоянием народа». А значит, с этого момента, каждый мужчина имеет право пользоваться любой из них, но «не чаще трех раз в неделю в течение трех часов». За бывшими мужьями, впрочем, сохранялся внеочередной «доступ к телу». Распределением же «очередности», согласно документу, должен был заниматься местный клуб анархистов. Ну и тому подобный бред.

Как выяснилось впоследствии, листовку эту состряпал некий Михаил Уваров. Взбешенные анархисты немедленно убили его, однако фальшивка уже зажила собственной жизнью. Ее, выдавая за подлинный декрет советской власти, сразу приняли на вооружение всевозможные пропагандистские бюро белого движения. Вот так и получилось, что история с обобществлением женщин ударила сильнее всего не по анархистам, а именно по большевикам, которые в пресловутой листовке и не упоминались. Не преминули воспользоваться «Декретом» и уголовники, получившие возможность творить всякие бесчинства как бы под официальным прикрытием. К ним, видимо, и относился отряд анархистов, вторгшихся на глухой уральский хутор.

Поразмыслив, Лев решил помочь крестьянам. Тем более что эти бандиты дискредитировали саму идею советской власти.
– Вот что, отец… – сказал он, медленно подбирая нужные слова. – Кстати, как тебя зовут?
– Никифор.
– Хорошо. Так вот, Никифор, где эти ироды сейчас? На самом хуторе?
– Нет. На заимке, поблизости.
– Уже лучше! Мы сможем подготовиться к стычке с ними основательно. Давай, собирай мужиков. И смотри, чтоб все они с оружием были. Да пускай не стесняются, не прячут его. Я вам не урядник какой-нибудь. Отбирать не буду…

Минут через тридцать-сорок ополчение прибыло. Как и предполагал Лев, оружия на хуторе оказалось предостаточно. Чего здесь только не было - и обрезы, и целые «трехлинейки», и наганы, и даже пара гранат-лимонок.

«Да мать-перемать! – в сердцах, выругался про себя агент. – С таким арсеналом крепость можно штурмовать, а они все сигнала какого-то ждут!»

Отобрав нескольких фронтовиков, Лев вместе с ними и Никифором отправился на разведку. Заимка, где засели анархисты, была с виду обычной избой, стоявшей посреди свободного от леса выгона.

– Умно, – пробравшись сквозь заросли кустарника, констатировал «коммерсант». – Незамеченным не подойдешь. Часового они ставят? – спросил он у Никифора.
– Раньше ставили, теперь – нет.
– Понятно. От безнаказанности обнаглели.
– Похоже на то. Дверь только на запоре держат.
– А вы откуда знаете?
– Так это… Мы же им провизию носим.
– Сами? Добровольно?
– А как иначе? Не ждать же, пока анчихристы в хутор нагрянут. Нам и первого раза за глаза хватило! Не только по погребам, но и по избам, неровен час, шариться начнут! А то и баб с девками уводить станут. Во исполнение «Декрета».
– Ну вы даете! Ладно, лирику оставим. Не для того мы сюда пришли. Последний вопрос: дверь в избе куда открывается?
– Вовнутрь.
– Плохо. Снаружи не подопрешь.

Облазив опушку, Лев наметил удобные позиции и расставил на них мужиков с винтовками.
– Вот что, ребята, - сказал он им, - валите всех, кто из окон выскакивать станет. Паспорта и фамилии спрашивать не будем.

Сам он, в компании Никифора, решительно направился к двери избушки. Никто, похоже, их появления не заметил. Анархистам, очевидно, было не до того: из дома доносился глухой гомон голосов, то и дело прерываемый громкой руганью и пьяными выкриками. Подобравшись к порогу, Лев взял пистолет наизготовку и сделал знак Никифору. Тот робко постучал в дверь.
– Кто? – раздался в ответ хриплый пропитой голос.
– Не пужайтесь, товарищи. Это я, Никифор. Огурчиков да молочка вам принес. Ну и первача, само собой.
– Щас открою. Погоди!

Раздался грохот отодвигаемого засова, и на пороге показался заросший лохматыми патлами верзила в кожаной куртке. Решительно отпихнув Никифора в сторону, Лев уложил его одним выстрелом, а затем, швырнув внутрь избы, одну за другой, обе лимонки, вновь захлопнул дверь. После чего с криком «Ложись!» кинулся на землю. Рядом, обхватив голову руками, плюхнулся на живот Никифор. В избе тем временем ахнули два оглушительных взрыва.

Вскочив, Лев ударом ноги распахнул дверь и ворвался в дом. Там, в еще не успевших рассеяться клубах порохового и табачного дыма, перед ним предстала картина полного разгрома: перевернутые стол и лавки, истекающие кровью и хрипящие люди. Перемещаясь, Лев хладнокровно приканчивал раненных.

Под подошвами сапог его хрустели осколки разбитых четвертных бутылок самогона, стаканов, крынок, мисок, вареные и еще не очищенные от скорлупы яйца, соленые огурцы, квашеная капуста.

Когда все было кончено, он украдкой выглянул из дверного проема и позвал:
– Никифор, а Никифор!
– Чего, ваше благородие?
– Ступай, своих предупреди, что опасность миновала. А то еще, неровен час, они меня на радостях положат.
– Слушаюсь!

Пока Никифор бегал за мужиками, Лев внимательно осмотрел оставшееся после анархистов оружие. Тут попадались и серьезные машинки. Вплоть до угловатых «маузеров» модели C95 с пристегивающейся деревянной кобурой, не чета его карманному пистолету. Но разведчику таскать бандуру, подобную С95, и не с руки. С сожалением отложив трофеи в сторону, Лев вышел на свежий воздух. У порога уже переминались с ноги на ногу давешние мужики.

– Ваше благородие, а оружие ты куда девать будешь? С собой заберешь?
– На черта оно мне сдалось? Что, думаете, я им торговать буду? Можете забирать. Только, чур, баш на баш! Я вам «маузеры» и наганы, а вы мне продукты! Ну, и если деньжат подкинете, неплохо будет. Но не керенок.
– Обижаете, господин хороший! Полновесными червонцами расплатимся. Для хорошего человека ничего не жалко.

 

Рассказ Андрея ВОРФОЛОМЕЕВА « ГОРЯЧЕЕ ЛЕТО»
опубликован в журнале «ПОДВИГ» №10-2021 (выходит в ОКТЯБРЕ)

 

 

Статьи

Посетители

Сейчас на сайте 186 гостей и нет пользователей

Реклама

Библиотека

Библиотека Патриот - партнер Издательства ПОДВИГ