ДЕТЕКТИВЫ СМ

ПОДВИГ

КЕНТАВР

Максим СОМОВ

 


ВИРУС
Глава из повести


Сокращено для публикации на сайте

Заказ на кражу картины Василия Перова «ТРОЙКА» пришел по одной из электронных сетей. Константин, работавший в охранной структуре ЧВК, долго раздумывать не стал, портрет кисти Перова похитил, но тут появились опера СК. Он смекнул, что время на исходе. Анонимный заказчик объяснил, что самое ценное содержится в подрамнике и что если оно будет потеряно, не сносить ему головы. Он должен был проникнуть на беспилотный сухогруз международной почтовой компании в Одессе и поместить кейс с «Васенькой» в определенный контейнер.
В посольстве Константина сдали чекистам, но Галима попросила быть с ним помягче – в Москве он еще многое рассказать должен. Чекисты обещали.
В это же время в аэропорту Жуковский взмыл в воздух среднемагистральный двадцатиместный реактивный Як-60, закрепленный за руководством Следственного комитета — последняя российская разработка. На его борту были Кирилл Соломатин, Техён, подполковник Скорохватов с десятком опытных бойцов, в багажном отделении — ящики с аппаратурой.
В одном из неприметных закоулков порта Николаева стояла яхта «Мираж». После того как на нее загрузилиcь спецнзовцы Росгвардии, на яхте был поднят флаг Каймановых островов, и она взяла курс на Суэцкий канал. На радарах, а иногда и в пределах прямой видимости, маячил, постоянно меняя курс, быстроходный ракетный крейсер новейшего поколения «Адмирал Советского Союза Кузнецов».
Мысль о том, что Белый Доктор имеет базу в океане, пришла в голову Техёну.
Вдвоем с Кириллом они вычислили несколько гигантских роботизированных контейнеровозов, находящихся в плавании. В Индийском океане, не заходя в порты, болтался беспилотный контейнеровоз «Оскар». Ядерный двигатель почти неограниченного времени действия, система опреснения воды, инженерная мастерская. На таком судне можно было пережить всемирную пандемию...
Штаб командования российской группировки в Судане находился на борту линкора «Императрица Мария», имевшего ядерную энергетическую установку и вооруженного дальнобойными рельсотронными пушками. Оперативников СК и десантников осмотрел врач в противочумном костюме. Их раздели до нитки, пропустили через три системы помывки и обеззараживания, одежду, снаряжение и оружие облучали и дезинфицировали, и только после этого Галиму, Дашу и Кирилла допустили в адмиральский салон. Но командующий группировкой, вице-адмирал Тихомиров, предпочел общаться в режиме видеоконференции из своей каюты.
Он коротко сообщил, что к бою и походу готов крейсер дальней морской зоны «Ретвизан»*. Корабль может выйти на перехват контейнеровоза, как только группа окажется на его борту.
– «Оскар» не реагирует на электронные команды корабля ВМФ России, – пришла информация с мостика «Ретвизана».
– Значит, на борту есть люди, – заключила Галима.
Они летели уже несколько минут.
– Как там Москва? – поинтересовался сидевший рядом с Галимой в конвертоплане приданный для связи офицер «Ретвизана» капитан-лейтенант Синицын.
– Стоит, никуда не делась, – ответила та. – А вы тут как, справляетесь?
– С трудом...
Моряка рассказал, что аэропорт Хартума превратился в осажденную крепость. Китайские военные не смогли спасти город, и отошли, блокируя границы административного района. Человеческий организм реагировал на новый вирус как обычно: сначала наступал жар, одышка, кашель, а белки глаз зараженных теряли свой цвет, словно при желтухе. На третьи сутки наступал исход...
Из международного аэропорта Хартума улетело все, что могло подняться в воздух. Но для снабжения группировки войск была необходима взлетно-посадочная полоса, система заправки и складирования. Комплекс обнесли двумя рядами стальных заграждений, между которыми были натянуты рубежи колючей проволоки. Внутри полосы ограждения перемещались джипы с пулеметными установками – экипажи были сняты, машины переведены на беспилотный режим.
В округе образовались лагеря беженцев. Там грабили, убивали, насиловали, сходили с ума... Военные пытались навести порядок, но потом перестали, поняв бесполезность этих усилий.
Во время очередного возвращения патрульных бронемашин в стальные ворота аэропорта хлынула толпа беженцев. Богатые суданцы бежали и падали, мешаясь со своими баулами с добром, родители с серыми глазами швыряли военным сероглазых детей, чтобы те попытались спасти хотя бы их....
– И... что? – спросила Галима.
– Роботы, – устремив ничего не выражающий взгляд в переборку конвертоплана, ответил Синицын. – Солдаты не смогли бы стрелять, даже китайцы.
У моряков была еще одна проблема. Из соседних африканских стран собрались контрабандисты, которые вытряхивали у людей последнее, за возможность погрузить их на лодки и отправить к какому-либо берегу. Они действовали ночью, тихо, на большой протяженности побережья. Американские катера-беспилотники уничтожали лодки с зараженными людьми гранатометами и добивали барахтающихся в воде из стрелкового оружия. Русские моряки старались отогнать лодки и понтоны обратно к берегу.
– Это просто маразм! – заявила Даша. – Кто там у них командует? Через некоторое время на побережье скопится столько тел, что начнутся чума и холера!..
– По анализу нашего штаба, – грустно проговорил капитан-лейтенант Синицын, – до тридцати процентов контрабандистов ускользнут. Это все? Конец?
– Вот сейчас и разберемся, – ответила Галима.
– Как вам удалось санкционировать наше участие в операции? – спросил ее подполковник Скорохватов. – Наша юрисдикция действует только в пределах страны...
– Вам довели приказ о моем назначении? – Галима говорила немного насмешливо. – Моей санкции достаточно. ФБР США тоже имеет полномочия только внутри страны. Однако действует без зазрения совести по всему миру. Ну, и мы разок попробуем...
– Я разделяю ваши цели, майор, можете на меня рассчитывать, – задумчиво проговорил Скорохватов. – Ну а если мы потерпим неудачу? Вы готовы оправдываться, судиться, жить в отставке на даче, думая, когда вас настигнет вирус? Заведете робота-кота?
– Победителей не судят. И вы, наверное, знаете, что в высших эшелонах власти скоро произойдут перемены, товарищ подполковник, – ответила Галима.

Перед вылетом Кирилл, предвидя что его ждет, наелся успокоительных и вел себя отстраненно.
– Ты-то чего сюда поперся? – После рассказа морского офицера Айвар злился: теперь ему придется заботиться не только о девушках из своей группы, но и о каком-то малахольном компьютерщике.
В ответ Кирилл вдруг принялся декламировать с неожиданно сильными интонациями:
Вот эти двое завлекли меня
В бесплодную, проклятую ложбину!
И показав мне этот гнусный ров,
Они сказали, что глухою ночью
Здесь тысячи злых духов,
Змей шипящих, раздутых жаб
И тысячи ежей
Такой нестройный, страшный крик
Поднимут, что каждый смертный,
Услыхав его, сойдет с ума вдруг
Иль умрет внезапно!
Десантники переглядывались, боролись с желанием покрутить пальцем у виска, но улыбались.
– Куда вам без меня, – объяснил Кирилл. – Через спутники из Москвы воздействовать на контейнеровоз замучаешься, и нет гарантии, что это получится. Высадите меня на палубу, обеспечьте минуты три, и я обездвижу этот морской грузовик, ну и наши системы связи налажу.
Десантники спрятали ухмылки. В иллюминаторы было видно, что начинался шторм.
В отсеке конвертоплана «Филин», взлетевшего с палубы «Ретвизана», по громкоговорящей связи пилот объявил: «Три минуты до цели. Морскому десанту приготовиться».
Моряки по чертежам Кирилла сварили конструкции из металлических балок для блокировки рулей контейнеровоза. Похожие на противотанковые ежи детали вместе с подводным беспилотником плюхнулись с борта конвертоплана в океанские волны. Айвар и двое десантников сбросили ручные двигательные подводные аппараты, подогнали маски и по канатам спустились в воду.
Водолазы быстро достигли поросшего ракушками днища, стальные ежи заклинили рули огромного судна. Теперь его электроника не могла менять курс, «Оскар» описывал в море широкий круг.
Оперативники быстро проверили армейские костюмы биологической защиты друг у друга. Под костюмами были бронежилеты, на головах – шлемы с аппаратурой съемки и связи.
– Ребята, прыгай! – скомандовал пилот конвертоплана, сбивая взлетевшие из открывшихся контейнеров «Оскара» дроны пулеметным огнем.
Оперативники высадились на палубу, десантники ловили и крепили груз. Беспилотник «Оскара» выпустил две ракеты в брюхо кренившегося от ветра «Филина».
Конвертоплан только вздрогнул от прогремевшего взрыва – заряды были перехвачены противоракетными установками вставшего на параллельный курс «Ретвизана». Пилот выровнял аппарат, отсалютовал десантникам из кабины, приложив перчатку к шлему, и пошел на свой крейсер.
Кирилл рвал тугие запоры армейских кейсов. На палубе качка была почти не ощутима, они с Техёном быстро собрали переносную систему связи и управления. Упав на одно колено с «Калашниковым» наизготовку, их страховал Синицын. Техён заблокировал коды самоликвидации контейнеровоза, основные и резервные.
– Копирую записи бортового журнала! – кричал Кирилл сквозь шум океана. – Дайте мне секунд восемьдесят... Сбрасываю штормовые трапы по обоим бортам, тридцать метров от рулей...
Десантники Росгвардии бросились на нижние палубы, чтобы отключить двигатель «Оскара». С подошедшего «Ретвизана» смотрели стволы автоматических пушек, словно готовые кинуться на хищника гончие, шевелили носами, нащупывая цели, ракетные установки.
Операция заняла семь с половиной минут. Айвар и водолазы-росгвардейцы поднялись на борт. Галиме оставалось только ждать.
Белый Доктор стоял, нагло улыбаясь. Знал, что придется провести остаток жизни в изолированной тюрьме на острове близ Камчатки, откуда и бежать-то некуда. Звериным чутьем искал малейший шанс продать свою жизнь подороже. Ревел шторм. Небо укрылось тяжелыми черными тучами.
Айвар занял место в сторонке, огонек прицела его снайперской винтовки уперся Белому Доктору в лоб. Даша целилась в него из-за контейнера: вести огонь по обеим оперативницам террорист не мог.
Подполковник Скорохватов взял судно под контроль.
– Ради чего? – спросила Галима.
– Ради идеи, – ухмыляясь, ответил он. – Ядерное оружие уже не может перезапустить цивилизацию. Построены убежища для социальной верхушки, созданы запасы, разработаны системы перехвата. Выжившие продолжат всю эту муть: грабеж бедных и слабых, попытки обеспечить вечную жизнь, переведя сознание в электронные системы... История полагает этому конец. Этот конец – я. И ты знаешь, что я прав.
– Люди умирают!
– Твои люди были обречены их хозяевами. Стратегическими, мать их, инвесторами, сверхбогачами. Я дал людям надежду. Алчные убийцы вели нас к смерти. Я веду к новой жизни.
– Не боишься сдохнуть вместе со всеми?
– Зуб мальчишки. Здоровая ДНК русского крестьянского подростка гарантирует создание лекарства. Ни у кого из современных людей нет биологического материала такого качества. Глупая крестьянская тетка, сама того не ведая, сохранила для нас ключ к будущему...
– Брось оружие и встань на колени.
– Мой первый план не предусматривал больших жертв. Ну, зачистка Африки, чтобы богатеи вздрогнули.
– У тебя был и второй?
– Ага, – ухмыльнулся он и открыл огонь из автоматического пистолета в сторону Даши.
– Будешь жить, зная, что твоя товарка мертва! – орал Доктор.
Но Кирилл, этот задохлик, как-то предугадав развитие событий, уже летел в прыжке от ящиков с мониторами, заслоняя Дашу корпусом. Пуля Доктора вошла Кириллу в не защищенный легким бронежилетом плечевой сустав. Его крутануло вокруг оси, и он повалился под ноги Даши.
Айвар, закинув за спину винтовку, бросился на террориста, выбил пистолет, закрутил руки назад.
– Вертолет с медиками на «Оскар»! Есть раненый! – кричал в микрофон Синицын.
– «Филин» в воздухе, принимайте, – отвечали с мостика «Ретвизана».
– Что ж ты делаешь, дубина? – Даша откинула волосы со лба лежащего на полевых медицинских носилках полуголого, перебинтованного Кирилла. – Думаешь, я первый раз на операции?
– По углу направления ствола понятно было, что тебя заденет.
Даша взяла его за руку. Компьютерщик потихоньку отключался.
– Медикам приготовиться. – Пилот обратился к оперативникам: – Господа эс-ка, преступника своего контролируйте! Всем предстоит санитарная обработка! Держись! Сели... Командир, благодарит вас, ну и прочее. Выметайтесь!
Правдами и неправдами прорвавшись в стерильный медицинский отсек крейсера, Даша навестила Кирилла. Он разлепил глаза:
– Слушай, наши, кроме начальства, не знают... У меня в Москве, на Маяковской, старая бабкина квартира. Давно там не был... Пыль по углам вымести не поможешь?
– Кто ж еще о тебе позаботится?.. Прилетим в Москву, оклемаешься и, если не передумаешь – зови.
Даша нагнулась и поцеловала его в бледную щеку.


Повесть Максима СОМОВА «ВИРУС»
опубликована в журнале «Детективы «СМ» №01-2021 (февраль)

 

Статьи

Обратная связь

Ваш Email:
Тема:
Текст:
Как называется наше издательство ?

Посетители

Сейчас на сайте 270 гостей и нет пользователей

Реклама

Библиотека

Библиотека Патриот - партнер Издательства ПОДВИГ