• Издания компании ПОДВИГ

    НАШИ ИЗДАНИЯ

     

    1. Журнал "Подвиг" - героика и приключения

    2. Серия "Детективы СМ" - отечественный и зарубежный детектив

    3. "Кентавр" - исторический бестселлер.

        
  • Кентавр

    КЕНТАВР

    иcторический бестселлер

     

    Исторический бестселлер.» 6 выпусков в год

    (по два автора в выпуске). Новинки исторической

    беллетристики (отечественной и зарубежной),

    а также публикации популярных исторических

    романистов русской эмиграции (впервые в России)..

  • Серия Детективы СМ

    СЕРИЯ "Детективы СМ"

     

    Лучшие образцы отечественного

    и зарубежного детектива, новинки

    знаменитых авторов и блестящие

    дебюты. Все виды детектива -

    иронический, «ментовской»,

    мистический, шпионский,

    экзотический и другие.

    Закрученная интрига и непредсказуемый финал.

     

ДЕТЕКТИВЫ СМ

ПОДВИГ

КЕНТАВР

 

Александр АВВАКУМОВ

 


ТОЧКА НЕВОЗВРАТА
Отрывок из романа
ПРЕДЛОЖЕН АВТОРОМ ДЛЯ ПУБЛИКАЦИИ НА САЙТЕ

Утром Абрамов зашел в дежурную часть МВД и, подойдя к комнате отделения, услышал голос Валиева, который громко с кем-то разговаривал по телефону.
Валиев, не прерывая разговора, протянул Абрамову руку. Закончив разговор, шеф сказал ему:
– Вот что, отправляйся в оружейную комнату и получи свой пистолет Макарова. Вчера ребята из соседнего отдела попытались задержать квартирного вора Мирона, то есть Миронова, но тот скрылся в частном секторе где-то в районе Второй Юго-западной улицы. Сегодня им удалось установить дом, где он скрывается. Сейчас поедем его брать.
– Вдвоем, что ли? – задал Абрамов ему вопрос. – Не маловато ли будет для задержания?
– Нет, полк поднимем, – раздраженно бросил Валиев, – там уже Козин и Семенов..
Виктор, получив пистолет, вышел на улицу. Валиев уже стоял около машины и ждал его.
–– Тебя только за смертью посылать, может, проживешь лишний час! – бухнул недовольно начальник.
– Дежурного долго пришлось ждать.
Минут через двадцать они были на месте. Выйдя из автомашины, Виктор увидел невдалеке Козина, который стоял около большого раскидистого тополя.
– Абрамов, – начал ставить задачи Валиев, – ты и Семенов войдете в квартиру и постараетесь повязать Мирона прямо там. Мы с Козиным страхуем вас на улице. Вдруг он будет ломиться в окна. Все всем ясно?
– Роберт Ильясович, Мирон вооружен? – задал Абрамов встречный вопрос.
– Разберетесь сами по ходу дела. Если что, глушите его.
– Хорошо. Тогда еще один вопрос. Он в квартире один или там компания?
Валиев начал психовать:
– Что, очко заиграло, афганец ты наш? Медвежья болезнь напала? – сказал он и нехорошо ухмыльнулся. – Откуда я знаю, если приехал сюда вместе с тобой? Тоже мне, стратег нашелся…
Абрамов повернулся и направился к подъезду дома, около которого маячила фигура Семенова. Передал напарнику указание начальника, и они, достав пистолеты, неслышно ступая, вошли в подъезд. Там было темно и сыро, в нос ударил резкий запах мочи. Они остановились около разбитой двери, из-за которой доносились пьяные мужские голоса.
– Их там человек пять, если не больше, – прошептал Виктор Семенову. – Будь предельно осторожен. Первым в квартиру войду я, ты страхуй меня со спины.
Семенов кивнул и взвел пистолет Макарова.
– Заходим на счет три, – добавил Абрамов.
Семенов опять кивнул.
– Раз… Два… Три! – произнес Виктор и с силой рванул на себя дверь.
Этого оказалось достаточно, чтобы сорвать крючок, на который она была закрыта. Они ворвались в квартиру и застыли у двери. За столом сидели четверо мужчин и распивали водку.
– Стоять! – во весь голос выкрикнул Абрамов. – Всем встать из-за стола и поднять руки!
Мужики застыли от неожиданности, не выпуская из рук наполненных стаканов. Один из них неожиданно резко опрокинул стол на ноги собутыльников и бросился к окну. Остальные схватили что под руку попало – ножи, вилки – и бросились на оперативников.
Первого нападавшего Виктору удалось сбить с ног тяжелым табуретом. Тот рухнул на пол и заорал благим матом. Из его разбитой головы хлынула кровь. Вид ее на какую-то долю секунды отрезвил нападавших, они замерли, с ужасом глядя на своего товарища, который пытался, но все никак не мог подняться с пола. Этих мгновений оказалось достаточно, чтобы Виктор успел подхватить выпавший из его руки пистолет.
– Стоять! – снова закричал он. – Убью любого, кто сделает хоть шаг!
Мужики остановились, не сводя глаз с пистолета.
– Бросай ножи! – приказал Абрамов. – Или стреляю!
Они покидали ножи и вилки на пол. И тут где-то на улице раздался выстрел, затем еще два.
В комнату вбежал Валиев. Виктор и он быстро связали задержанных и по одному вывели их на улицу. Пока Валиев по радиосвязи вызывал подкрепление, Абрамов обошел дом. За углом, обхватив руками голову, на земле сидел Юра Семенов. В трех метрах от него лежало тело мужчины. Пуля вошла преступнику в лоб и вышла из затылка.
– Давай, понимайся, – обратился Абрамов к товарищу. – Теперь тебе надо думать, как себя от тюрьмы спасать. А где Козин? Это окно он должен был прикрывать!
Козин появился из-за угла дома и, подойдя к Семенову, как ни в чем не бывало, обратился к нему:
– Ты зачем в него стрелял? Я бы его и без тебя задержал.
– А ты где был, Валерий Михайлович? Почему тебя не оказалось на месте? – задал ему встречный вопрос Виктор.
– А ты кто такой, чтобы меня об этом спрашивать? Не беспокойся, если будет нужно, я доложу кому положено, где был и что делал.
– Сука ты, Козин, – не пощадил его Виктор. – Из-за таких, как ты, и гибнут наши люди. Что, сдрейфил, когда на тебя из окна выскочил Мирон с ножом в руках? Спрятался?
– Да я тебя, салага!.. – закричал Козин и бросился на Абрамова с кулаками.
Виктор вовремя успел увернуться от удара. Кулак Козина буквально просвистел рядом с его ухом, и перстень, который носил тот на безымянном пальце, ободрал ухо Виктора до крови. Он не стал ждать следующего удара и сбил Козина с ног мощным хуком справа.
Драку остановил Семенов. Противники смотрели друг на друга с ненавистью.
– Смотри у меня, Абрамов! – пригрозил Козин. – Я такого никому не прощаю.
– Ты тоже смотри. В Афгане с тобой, скотина, за такие дела тут же бы рассчитались.
– Здесь тебе не Афган, – огрызнулся Козин и бросился в сторону подъехавшей машины с Костиным.

В отношении Семенова прокуратура республики возбудила уголовное дело по факту превышения пределов допустимой самообороны. Его отстранили от работы, и все его дела временно передали Абрамову.
Через день после операции по задержанию Мирона его вызвал к себе Костин.
– Что скажешь? – спросил он Виктора.
– О чем именно, Юрий Васильевич? – переспросил он начальника.
– О своей работе. Ты не сдрейфил и смог один скрутить троих преступников, – произнес он. – Хотя, наверное, в первый раз попал в такую переделку?
Абрамов непроизвольно улыбнулся. Он был польщен.
– Юрий Васильевич, я восемь месяцев служил в Афгане. Там было намного сложнее и страшнее, чем здесь. Или ты их, или они тебя. И, значит, один за всех и все за одного. Слизняков типа Козина там не имелось вообще.
– А почему ты считаешь, что он испугался? – поинтересовался он у Виктора.
– Мне трудно объяснить это. Для меня не столь важно – очко у него заиграло или ему плевать на общее дело. Так или иначе, но его в нужный момент не оказалось на позиции, за которую он отвечал. Будь он там, Семенов не попал бы в такую идиотскую ситуацию.
– А вот Козин считает, что ты совершил в отношении него действия, порочащие звание сотрудника МВД. Ударил старшего по званию и по должности. Почему?
– Не знаю, Юрий Васильевич, – откровенно ответил Абрамов. – Как теперь понимаю, я плохо контролировал себя, потому как был возмущен его действиями и словами. Он в тот момент полностью снял с себя вину за случившееся и переложил ее на Семенова. Это подло и несправедливо. Я не оправдываю Семенова, как и себя за свой поступок, но по-человечески сочувствую ему. Он растерялся, и, когда пьяный Мирон бросился на него с ножом, он не нашел ничего лучшего, как выстрелить.
– Хорошо, Абрамов. Ты поступил в принципе верно. И я поэтому не стал обращаться с этим вопросом больше ни к кому из вашего отделения. Вы там подумайте, как помочь Семенову. Завтра тебя будет допрашивать следователь прокуратуры, и многое будет зависеть от твоих показаний.
– Я все понял, Юрий Васильевич. Сегодня вечером встречусь с Семеновым, мы все обсудим.
– Верное решение, – улыбнувшись, произнес Костин. – Вы должны говорить приблизительно одно и то же, иначе парень наш пропадет.
– Юрий Васильевич, а как быть с жалобой Козина?
– Не переживай!
И Виктор направился на свое рабочее место.
– Абрамов! – услышал он у себя за спиной. Оглянулся и увидел секретаря партийной организации. – Да, слушаю вас, – ответил он и остановился.
– Ты не забыл, что завтра партийное собрание? На повестке дня твое персональное дело. Я рассчитываю, что ты там не будешь отмалчиваться. Больше самокритики, и все будет нормально.
– Не знаю, – произнес Абрамов в ответ, – я пока не решил, стоит ли мне там выступать.
– А ты подумай, у тебя еще есть время, – сказал он назидательно и пошел дальше по коридору.
«Да, раненного льва всякий может пнуть ногой», – подумал Виктор, провожая взглядом силуэт парторга.
Вечером он заехал к Семенову домой. Тот, обхватив его за плечо, повел сразу на кухню. На столе стояла бутылка водки и нехитрая закуска.
– Пьешь, Юра? Эх! Думаешь, водка поможет? Зря.
– А что мне остается, Витя? – ответил он. – Раньше вроде были у меня друзья, а теперь, кроме тебя никому я не нужен. – Он достал второй стакан и, не спрашивая Абрамова, налил водки.
– По-моему, ты ошибаешься, Юра. Ты нужен не только мне, но и Костину, и другим ребятам. Завтра меня будет допрашивать прокуратура, и я бы хотел задать тебе кое-какие вопросы, в частности, какие показания ты давал на допросе? Думаю, что общими усилиями мы вытащим тебя из этой истории.
– Слушай, а ты действительно был в Афгане? Я тогда впервые услышал от тебя про это. В твоем личном деле нет записи об этом.
– Ты изучал мое личное дело? Зачем? – опешил Абрамов.
– Так получилось. Его приносили Валиеву, вот я и не утерпел, посмотрел.
– Да, я там был восемь месяцев в составе одного спецподразделения. Поэтому и нет об этом никаких записей. Сам понимаешь, подписка о неразглашении и так далее. Пришел я в систему МВД якобы с предприятия, эта легенда нужна была для того, чтобы не было лишних вопросов о прошлом. Ты меня тоже не спрашивай ни о чем. Договорились?
Семенов в ответ кивнул и предложил:
– Давай, Вить, все же выпьем. У меня на душе муторно как-то. Все думаю: и зачем я в него выстрелил?..
– Ты мне лучше расскажи, что у вас там произошло.
Семенов, поставив свой стакан, ответил:
– Когда Мирон выскочил в окно, я кинулся вслед за ним, упал и сильно ударился ногой о камень. Мирон остановился и достал из кармана нож. Испугавшись, что он порежет меня и вырвет пистолет, я выстрелил. Сначала в воздух, а затем, закрыв глаза, в него.
– Хочешь сказать, что в момент выстрела ты вообще не видел Мирона?
– Не видел.
– Ты такие показания дал в прокуратуре?
– Нет, они пока допросили меня в общем-то без детализации. Но я сознался, что пуля из моего табельного пистолета убила Мирона.
Абрамов молчал, соображая, как лучше обыграть эту ситуацию.
– Вот что, Юра, кроме тебя и Мирона, на улице больше никого не было? Это так?
В ответ на его кивок Виктор продолжил:
– Следовательно, твои показания опровергнуть никто не может, в том числе ни я, ни Валиев, ни Козин. Думаю, все, что ты мне сейчас рассказал, должен повторить и в прокуратуре. Скажи, что после того, как Мирон достал из кармана нож, он бросился на тебя и попытался выхватить из рук табельное оружие. Тебе удалось вырваться, и ты, потеряв его из вида, произвел выстрел в воздух, стараясь привлечь этим наше внимание. Мирон в это время снова кинулся на тебя. Ты, не целясь, произвел два выстрела в его сторону, чтобы напугать и тем самым остановить его. Мирон оказался в этот момент намного ближе к тебе, чем ты думал.
Семенов в знак согласия закивал, потом, выдохнув, сказал:
– Спасибо, Виктор, все понятно. Значит, я не стрелял в Миронова прицельно: сначала выстрелил в воздух, а затем в его сторону и случайно угодил ему в голову. Так?
– Ну, где-то так. Я буду говорить приблизительно то же, что и ты. Пусть у нас с тобой и будут небольшие расхождения в показаниях, это, наверное, правдоподобнее, чем, если бы мы с тобой излагали эту версию слово в слово.
Абрамов встал из-за стола и направился к двери.
– Виктор, может, махнем за удачу? – обратился к нему Семенов.
– Нет, рановато пить за нее, – ответил Абрамов и вышел на улицу.

С утра Виктор уже был в республиканской прокуратуре. Следователь, молодой симпатичный парень, быстро допросил его. Когда Виктор уже выходил из кабинета, он остановил его и тихо спросил:
– Скажите, а Семенов в курсе ваших показаний?
– Как вам сказать… Я с ним свои показания не обсуждал, – ответил без зазрения совести Абрамов. – Пусть сам рассказывает, что там произошло. Я вам доложил о том, что видел лично.
Следователь внимательно посмотрел на Виктора, стараясь поймать его на неискренности, но Абрамов смотрел ему прямо в глаза, не отводя взгляда.
– У вас ко мне еще есть вопросы? – поинтересовался он. – Если нет, пойду работать.
– Вопросов больше не имею, – чинно ответил следователь.
Абрамов вышел на улицу и направился через парк «Черное озеро» в министерство. Солнце, несмотря на почти уже конец лета, не сдавалось. Расплавленный до степени пластилина асфальт прогибался под ногами, оставляя на серой податливой поверхности отпечатки подошв прохожих. Листья, еще не потерявшие своей летней упругости, начинали быстро желтеть и осыпаться.
Дежавю: в коридоре его снова окликнул и догнал секретарь парторганизации Управления. Сразу же еще раз поинтересовался, будет ли он выступать сегодня на партсобрании.
– Вячеслав Антонович, скажите, пожалуйста, – начал закипать Виктор, – я что, единственный коммунист в Управлении или есть и другие? Пусть выступят товарищи, выскажут свое мнение.
– Почему единственный? Вас у меня два десятка. Но ты у нас человек новый. Глаз у тебя свежий. Вот и доложишь коллективу, что думаешь.
– Уточним. Я в этом Управлении работаю около трех месяцев, и уже дважды выступал на партсобраниях.
– Знаешь, мне близка позиция, которую ты занимаешь. И товарищи с интересом слушают. Ну а сегодня ты просто обязан что-то сказать.
– А если я просто послушаю, что обо мне скажут товарищи? Мне тоже интересна их точка зрения. Так что обещать ничего не буду, Вячеслав Антонович, посмотрю, что скажут люди.

– Абрамов, расскажи, что было в прокуратуре? – весело произнес Валиев, входя в отделение.
– Да все нормально было. Пришел, был подвергнут допросу и ушел, – ответил ему в тон, улыбнувшись, Виктор.
– Скажи, а обо мне и Козине они ничего не спрашивали?
– Поинтересовались, как ваше здоровье, – ответил Абрамов.
Валиев иронию понял, но не стал отвечать на нее, углубился в чтение газеты «Правда».
Вечером состоялось партийное собрание Управления. Как Виктор и ожидал, оно раскололо собравшихся на две половины, одна из которых осудила его за то, что он ударил Козина, который был старше его по званию и должности. Именно эта половина настаивала на исключении Абрамова из рядов КПСС.
Ситуацию спасло выступление Костина, который встал на сторону Виктора. Он смог убедить коммунистов в том, что эта стычка носила не служебный, а скорее всего, личный характер. Как ни пытались противники опротестовать мнение Костина, эта версия набрала наибольшее количество сторонников. Виктор остался в членах КПСС и получил лишь замечание по партийной линии, что называется, отделался легким испугом.

Сокращено для публикации на сайте

Роман Александра АВВАКУМОВА «ТОЧКА НЕВОЗВРАТА»
опубликован в журнале «ПОДВИГ» №05-2021 (выходит в МАЕ)

 

Статьи

Посетители

Сейчас на сайте 391 гость и нет пользователей

Реклама

Патриот Баннер 270

Библиотека

Библиотека Патриот - партнер Издательства ПОДВИГ